Богемские мздоимцы-лихоимцы

 Говорят, что юрфак в Чехии можно окончить быстрее, чем курс сварщиков. За предложенный миллион вам политические удальцы сварганят закон „под заказ“. А вместо необходимого лекарства доктор пропишет то, за которое получил тучный бакшиш. Ржавчина коррупции разъедает здешнее общество не менее растлевающе-быстро, чем в России, на Украине или в Беларуси. Вопрос — лишь в масштабности разложения. В Чехии накал страстей послабее. Скучный они народ, эти западные славяне. Нет в них нашей молодецкой разухабистости. Их взяточники в целом скромны и боязливы. И слава Богу…

Чемпионы с традициями

Национальная гордость, однако, превыше всего: сами чехи считают своих коррупционеров „восточноцентральноевропейскими“ чемпионами. Ну, это смотря с кем их сравнивать. Автору думается, что по мере продвижения на восток от чешской границы пресловутое лидерство чехов будет стремительно ослабевать; любой постсоветский взяточник даст чешскому коллеге серьёзную фору. Традиции коррупции в Богемии тоже достаточно глубоки и по-славянски размашисты лишь в сравнении с ещё более законопослушной Германией.

Местное взяточничество росло и матерело на почве вековых привычек. Истоки его — в индустриальной революции 19-го века, когда первые промышленники вынуждены были подкупать окостеневшую австро-венгерскую бюрократию. Бизнес и чиновники с тех пор стали сообщающимися сосудами: из первого в карманы вторых исправно перетекают взятки.

„В пражской ратуше правят бал коррупция и мерзость; помещение мэрии необходимо срочно проветрить,“ писала столичная печать 1 сентября 1908 года по поводу раскрытия „трубной» аферы. Выясилось, что муниципальный представитель партии младочехов Карел Черногорский, которого прочили в мэры столицы, потребовал от Пражской металлургической компании (ПМК) процент за посредничество при поставке огромного количества труб для городского водопровода. Обеспечение контракта он оценил в 2% от его суммы для себя и 5% для комиссии мэрии по водоснабжению. По нынешним меркам речь шла о миллионах крон. В аферу был втянут и фабрикант Кунц из Границе на Мораве, чья водопроводная фирма должна была трубы уложить. Кунц и Черногорский якобы ПМК угрожали: заартачится — магистрат обратится к французскому поставщику. Газетчики использовали аферу и для последующего описания нравов городского начальства. Члены пражского совета, например, с удовольствием путешествовали, причём на широкую ногу. Скажем, многочисленная делегация купила в России коней для пражских жандармов; потом выяснилось, что эту породу лошадей для данных целей совершенно невозможно использовать. Оказывается, речь шла о „небольшой услуге“ некоему русскому дворянину за организацию красивого „восточного вояжа».

И Первую Чехословацкую Республику (1918-38) сотрясали аферы. Коррупция процветала буйным цветом вокруг земельных реформ, когда часть имущества шляхты и помещиков была разделена между людьми. Был даже принят особый закон о взяточничестве. Он, однако, не имел особого успеха, поскольку грозил одинаковым наказанием и взяткодателю, и взяточнику.

В миллионные аферы были втянуты министры, локальные политики и мелкие чиновники. Например, главной фигурой печально знаменитого спиртового скандала был влиятельный член аграрной партии Карел Прашек. Его не наказали, но «общественный бойкот» президента Т. Г. Масарика вынудил его уйти в отставку с поста председателя Сената.

В „шпальной“ афере государству был нанесён ущерб в размере 800 миллионов крон: преступники воспользовались временным дефицитом железнодорожных шпал в стране. Были заключены странные сделки; например, государству должен был поставить 300 тысяч шпал… деревенский пекарь. Расследование, в конце концов, закончилось пшиком. Напрасно президент Чехословакии Томаш Масарик в 1931 году взывал к обществу: „Если кто-то является коррупционером или союзником коррупционеров, то его устранение — в интересах государства. А если он ещё и является политическим деятелем, то от него нужно избавиться вдвойне“.

Экономический институт ЧССР в 1985 году изучал мелкое взяточничество, которое во времена социалистической „нормализации“ стало нормой. Например, при покупках в магазинах хотя бы однажды давали взятку 75% опрошенных граждан. На коррупции строилась вся экономика; узкопрофильный материал или валюту для покупки западного оборудования руководители госпредприятий добывали путём оказания всяческих услуг. Росла и коррупционная мощь номенклатуры; впрочем, лишь один её более-менее крупный представитель оказался в тюрьме. Станислав Бабинский, шеф оравского Общеторга, позволял себе слишком много; приказал называть себя „королём Оравы“, на своей мельнице привечал пражских и братиславских министров, возил их на охоту и прокручивал в ловких сделках миллионы крон. В 1984 году, когда в его сети попали 26 видных чехословацких политиков, «королём» занялась полиция. Судебное делопроизводство длилось 3 года, Бабинскому дали срок, но вскоре после „бархатной“ революции помиловали.

 

 

Глубина падения

Хотя в течение первых 10-15 лет после «бархатной» революции 1989 года в Чехии наблюдалась достаточно позитивная динамика в сфере снижения коррупция, за последние годы эта тенденция была утеряна. Из особенно громких скандалов можно вспомнить пятилетней давности случай, связанный с приватизацией местного нефтехимического гиганта Unipetrol. Его купил польский концерн PKN Orlen. Почти сразу же после совершения сделки возникли подозрения в том, что польские купцы «подмазали» кого-то из высокопоставленных чехов, принимавших окончательное решение об условиях продажи. Польская прокуратура возбудила уголовное дело по подозрению в коррупции. Сотрудники польских правоохранительных органов допросили многих членов чешского правительства. Одним из главных подозреваемых по делу являлся Здэнек Долежел, бывший начальник секретариата премьер-министра, который прославился фразой, оброненной в частной беседе с польским лоббистом Яцеком Спирой: «Переговоры состоятся, если на столе будут лежать пять в чешских…» Широкая общественность немедленно «перевела» вторую часть фразы как предложение положить в карман Долежела пять миллионов чешских крон. Бывший менеджер PKN Orlen Кшиштоф Клузек утверждает, будто бы от лоббиста Спиры слышал о взятках на общую сумму 42 миллиона евро. Однако чешское правительство и парламентская комиссия по расследованию утверждают, что условия приватизации в случае с «Унипетролом» соблюдены.

Чехия в рейтинге уровня коррупции за 2009 год переместилась резко вниз — с 45-го на 52-е место. Это, конечно, не столь крутое падение, как у России с её 146-м местом; тем не менее, ЧР уже несколько лет считается одной из самых коррумпированных в Евросоюзе. Данные Transparency International свидетельствуют об ухудшении ситуации. Среди стран бывшего соцлагеря Чехию в борьбе с коррупцией опередили, например, Венгрия и Польша.

Это подтолкнуло власти страны к активным действиям. Кабинет министров и политические партии еще до парламентских выборов 2010 года готовятся обсудить целый ряд антикоррупционных мер. Например, правительство займется урегулированием правил проведения полицией прослушиваний, возможностей проверки работы торговых фирм и компаний, занимающихся продажей акций. А недавно чешский парламент во втором чтении утвердил правительственный антикоррупционный законопроект, предложенный МВД. На него возлагают большие надежды, ожидая, что он поможет поймать взяточников с поличным. Предлагается освобождать от ответственности коррупционеров, согласившихся сотрудничать с полицией и давать показания против подельников; возможно, появится в Чехии и институт агентов-провокаторов, которые будут внедряться в преступные круги и выводить взяточников на чистую воду. Нововведением станет и проведение проверок лиц, ответственных за распределение госзаказов.

 

Бег на месте

Директор чешского филиала Transparency International Давид Ондрачка считает, что необходимо внести изменения в местный закон о госслужбе, дабы ограничить влияние политиков на процесс назначения глав отдельных учреждений: «Главные причины ухудшения оценки степени коррумпированности чешского государства — в сильной круговой поруке, тесной связи между политикой и бизнесом, которые проявляются в том, что у нас можно «купить собственный закон», повлиять на процесс законотворчества. Вторая причина нелицеприятной оценки Чехии — серьезная разбалансировка юстиции, подвергающейся сильным политическим и экономическим атакам. Коррупция и финансовые преступления практически не расследуются. Третья проблема – слабость системной стратегии чешского правительства. Не хватает базы, не хватает кадров. Если какой-либо политик решает бороться с коррупцией, то сталкивается с проблемой недостатка экспертов, которые могли бы разработать конкретные и эффективные меры».

Чехия не стоит на месте. Однако антикоррупционные действия чаще всего носят фрагментарный характер. Например, Минфин публикует намного больше данных, чем раньше; заинтересованные лица могут найти на интернете и важную информацию о еврофондах; однако единая стратегия явно отсутствует. Скажем, Чехия до сих пор не ратифицировала конвенцию ООН по борьбе с коррупцией.

 

По мнению работников чешского филиала TI, страна принадлежит к наихудшим в мире по части доверия к государственным мерам. Хуже обстоит дело с подобного рода отношением населения к действиям правительства только в Болгарии, Аргентине и Албании.

Чехи полагают, что больше всего взяток берут в полиции, политических партиях и юстиции. К иным наиболее коррумпированным сферам, по мнению общественности, относится здравоохранение, коммерческий сектор и армия. Что касается количества людей, которые вынуждены были дать взятку, республика оказалась в одной компании с такими государствами, как Россия, Турция, Люксембург и Болгария. В этих странах от 9 до 16% респондентов подтвердили, что „давали на лапу“.

У всего есть своя цена. Чтобы заключить договор на реконструкцию государственного объекта, нужно быть готовым расстаться минимум с 4% договорной цены, дабы достойно «отблагодарить нужных и важных» людей. Считается, что компания, получившая подряд на строительство автобана D47, заплатила на взятках 5% от цены проекта. Получение муниципальной квартиры может вылиться во взятку размером в 100000 крон, а положительное и оперативное разрешение страхового случая обойдётся минимум в 5% от суммы возмещения ущерба.

 

Со взяткой — по жизни

Социологи Чехии подсчитали, что от рождения до смерти местный гражданин, неизбежно становясь частью сложной цепочки коррупционных отношений, якобы вынужден выложить в качестве разного рода подношений кругленькую сумму. В лучшем случае – 200-300 тысяч крон. Это если придерживаться минимальных ставок взяток и не тратить сотни тысяч за разные престижные титулы.

Мамочка, дабы благополучно родить будущего гражданина страны, начинает раздавать взятки уже при записи в гинекологический кабинет. „При первом же визите медсестра сообщила, что каждая пациентка должна заплатить 600 крон в год в качестве взноса за одноразовый расходный материал. А врач предложил за 3500 крон так называемое надстандартное обслуживание: мол, смогу звонить ему по телефону в любое время суток,“ рассказывает о своих впечатлениях на сервере www.zdravibezuplatku.cz пани Моника Г. из Праги. Этот специализированный портал организовала организация Transparency International; 52% женщин на нём признались в том, что давали взятки врачам в роддоме или у гинеколога. Иногда речь идёт о классической взятке, но чаще всё делается в форме договора дарения. Цифры колеблются от нескольких сотен до нескольких тысяч крон в год. В роддоме женщина платит прежде всего за то, что ребёнка примет „её“ акушер или главврач отделения. Здесь в ценнике – тоже большой разброс: в зависимости от больницы и ранга акушера  — от 5 от 20 тысяч крон.

Если пациент подпишет врачу договор дарения, то, как правило, страховая компания не может никого наказать, поскольку врачам не запрещено принимать дары. И чешский Минздрав квалифицирует эту деятельность как полулегальную, поскольку почти никогда невозможно доказать, что врач выдвигал спонсоринг в качестве условия предоставления услуг.

Чтобы записать потомка в детсад, тоже придётся раскошелиться. Растущая рождаемость вынудила эти учреждения ввести очерёдность приёма; каждый такой список – идеальная среда для развития коррупции. Официально ни один детсад не признается, что существует способ очередь обойти. При этом, однако, всем известна практика, что родителям предлагают каким-либо образом «помочь» детсаду или же попросту внести спонсорский дар размером в десятки тысяч крон.

То же ожидает молодёжь и в пору увлечения спортом, особенно – хоккеем или футболом. Если родители очень хотят, чтобы сын стал постоянным игроком в главном составе, то тренер может помочь. Но папочке для этого нужно стать спонсором клуба. Пожелают родители большего придётся поднажать на газ. За попадание сына на хоккейную „ферму“ в Канаду люди из некоего спортклуба в Центральной Чехии требовали 100 тысяч крон на руку. Родители не заплатили – и звёздная карьера отпрыска так и осталась мечтой.

 

 

Мозги“ — по сходной цене

Как только ребёнок начнёт подниматься по школьным ступеням, родителям самое время обзавестись солидным приработком. Если потомок не ньютон или эйнштейн, то придётся „предкам“ изрядно попотеть. Говорят, что в Чехии можно купить свидетельство о среднем образовании или университетский диплом: в первом случае речь идёт о десятках тысяч, во втором – о сотнях тысяч крон. Например, директор частной гимназии „Минерва“ Павел Хухла за взятку „подправил“ студентке аттестат, чтобы она могла попасть в институт. Директору и родителям грозили два года тюрьмы, но, в конце концов, всё кончилось штрафом – шефа гимназии и отца студентки обязали заплатить по 100000 крон, мать – 50000.

В институтах всё очень похоже, только на порядок выше. Из исследования организации Transparency International, которая в 2008 году опросила более 4000 студентов, следует: коррупционный опыт, связанный с приёмными экзаменами, имеет каждый шестой. Больше всего таких случаев было зафиксировано в юридических и медицинских вузах. Юрфаки пражского и пльзеньского университетовпрославились» двумя крупнейшими скандалами. В Праге в 1999 году десятки абитуриентов заранее получили тесты с готовыми ответами. Цена вопроса равнялась 100000 крон. Вуз вынужден был приёмные экзамены повторить; полиция дело расследовала, но ничего не обнаружила. Второй скандал – прошлогодний: на пльзеньском юрфаке сотням студентов (включая многих видных деятелей политики, госуправления и иных сфер) титулы присваивались, минуя обычный учебный процесс.

 

 

5555 за 5000

Взрослый чех становится автомобилистом – и начинается эпоха новых коррупционных „радостей“. Первое препятствие водительские права, но, если уж можно купить диплом доктора правоведения, то, разумеется, не так уж трудно «решить вопрос» и в автошколе.

Организованную группу, которая, не отходя от кассы, обеспечила свыше 200 желающих водительскими правами, недавно наказал брненский суд. Цена экспресс-свидетельства колебалась от 2000 до 35 000 крон. Суд этот сервис оценил в 2,5 года лишения свободы для полицейского (который искал заказчиков); остальные члены преступной группы отделались условными наказаниями и штрафами.

Ещё более ушлой оказалась подобная же группа на Пльзеньщине. Немцам, которые у себя на родине водительских прав лишились, она обеспечивала в Чехии новые документы за €300. Учитель автошколы „подогнал“ иностранцам справки о временном пребывании в ЧР, а потом организовал и экзамен. Немцы филигранно решали абсолютно все задачи теста, хотя они были на чешском языке…

Ну, а если вы обеспечили себя водительскими правами, то вам будет не так уж накладно накинуть сумму и за эксклюзивные номерные знаки. Министерство транспорта уже 10 лет обещает, что граждане страны могут легально купить номера, на которых, к примеру, будет написано KING 01, но пока что ничего не изменилось. Бизнес отдан на откуп «частникам». Максимум за 5000 крон сотрудники транспортного инспектората составят цифры на номерах в том порядке, какой вам заблагорассудится.

 

 

Ловкачи в униформах

Молодому чеху порой трудно укротить за рулём свой темперамент. Но не следует опасаться, что полиция его за это прижмёт к ногтю. Если он не управляет каким-нибудь роскошным автомобилем, скорее всего, ему удастся решить проблему с помощью нескольких сотен крон. Разумеется, без выписки документа об уплате штрафа и снятия баллов за нарушение правил.

Инспекция чешского МВД как-то села на хвост» транспортным полицейским из города Кладно, установив прослушивающие устройства. Взятки брались как деньгами, так и — великодушно   домашней колбаской. Однако по сравнению с коллегами из североморавского городка Вратимов, эти полицейские — просто ангелы. Вратимовские правонарушения жертв просто выдумывали. Задержав некоего Яромира Ондерека, «полисмены» провели дыхательный тест: 0,8 промилле алкоголя в крови. Однако Ондерек не пил ни в день контроля, ни даже накануне. Полицейские же от него требовали взятку 6000 крон, угрожая штрафом в 50000 и судом. Ондерека привезли на обследование, которое доказало, что он не выпил даже маленького стаканчика пива.  Из 11 „засечённых» инспекцией полицейских в тюрьму сел лишь один.

 

Пивонька — охотник за «скальпами»

После покупки машины гражданин Чехии, как правило, решает обзавестись уютным гнёздышком. Он начинает прикидывать, не разумнее ли заплатить десятки тысяч крон чиновнику или члену горсовета и заселиться в муниципальную квартиру. Но потом приходит к выводу, что дешевле, пройдя все круги ада во всяких бюро да конторах, добыть все необходимые разрешения для строительства собственного дома. Последние годы тут дело обстояло так: запись его в кадастр недвижимости (так же, как вновь открытой фирмы — в коммерческий реестр) можно было ускорить взяткой от 5 до 15 тысяч крон, сократив сроки с месяцев до дней. Чехи тешат себя надеждой на то, что компьютеризация бюрократии эту проблему потихоньку устраняет, поскольку каждый заявитель может сегодня на интернете убедиться в том, на каком этапе рассмотрения находится его заявление. Но пока с большим трудом верится, что скоррумпированные чиновники так просто откажутся от источников дохода.

Взяточничество по-прежнему процветает в муниципалитетах. Пражский магистрат в августе 2008 года опубликовал антикоррупционный материал аудиторской фирмы Ernst&Young, согласно которому чиновники требовали взятки у 15% жителей столицы. Нехороший опыт касается, в основном, разрешений на строительство и предоставления различных лицензий. И дают взятки, конечно же, не только в столице.

Об этом может немало рассказывать предприниматель Радек Пивонька, волею обстоятельств ставший ярым борцом против чешской коррупции. На юге Брно он построил склад. Здание принимала в эксплуатацию заведующая местного строительного бюро Илона Новотна. От неё бизнесмен узнал, что автомобили могут к складу подъезжать лишь до 16.00, хотя окрестные аналогичные ангары функционировали непрерывно. Пивонька утверждает, что Новотна была готова „решить проблему» за взятку в 150000 крон. Он заявил в полицию, но суд даму оправдал.

Зато Пивоньке удалось «оскальпировать» другого взяточника, шефа брненской торговой инспекции Петра Вентрубу. Дело было так. В фирме Пивоньки, эксплуатирующей ресторан, менялись  собственники. Вентруба пригрозил, что с новым хозяином им лицензии не видать. Уж очень хотел торгинспектор выбить из рестораторов бакшиш. Пивонька позвонил по антикоррупционному телефону Минюста. Неделю всё было глухо, как в танке. Тогда бизнесмен пошёл в полицию. Там ему сказали, что он действовал неправильно: на антикоррупционных линиях царит утечка информации. Вооружённый полицейским диктофоном, он довёл Вентрубу до суда, который дал инспектору срок условно и запретил заниматься контрольной деятельностью.

 

У последней черты

Момента, когда придётся обратиться за помощью к докторам, чехи опасаются больше всего. Если понадобится более-менее сложная операция, то нужно быть готовыми к даче „на лапу“ врачам десятков тысяч крон. Наряду с гинекологией, одной из „самых дорогих“ отраслей медицины считается ортопедия.

Алена Жачкова годами чувствовала боли в бедре; её состояние ухудшалось. Она обратилась за помощью к теплицкому ортопеду Радеку Бартошу. Врач прописал замену сустава, но немедленно огорчил пациентку: операции придётся ждать три года. Однако „спонсорский дар“ мог бы сократить ожидание до нескольких недель. Жачкова принесла 20000 крон; тут выяснилось, что деньги пойдут не больнице, а врачу в карман. Суд его поведение квалифицировал как безнравственное, поскольку пациентка страдала от сильной боли и нуждалась в помощи. Бартош был осуждён на 1,5 года лишения свободы и получил 4-летний запрет на врачебную практику.

 

На склоне жизни чехам очень кстати приходятся все их сбережения, поскольку, как правило, нужны сотни тысяч крон для спонсирования домов престарелых. А иначе можно и не дождаться предоставления места в этом заведении. Пенсионерка Анна Деакова в 2005 году даже объявила голодовку перед карловарским магистратом. Её заявление лежало здесь 7 (!) лет; очевидно, что её обошли старички, которые записались в очередь позже.

Даже на тела мёртвых чехов покушаются коррупционеры. Радэк Кунц из погребальной службы „Анубис“ (город Новэ Мнесто на Мораве) предлагал служащему отделения патологии взятки и легковой автомобиль за то, что тот будет его предприятию „перепасовывать“ мёртвых. Патолог поначалу отказывался. Однажды его подкараулили два мужика в масках, которые жестоко избили честного служаку. После этого количество клиентов „Анубиса“ возросло в 20 раз. Неписаные договоры с „чёрными воронами“ заключают врачи и „скорая помощь“. Цена за мёртвого — около 2000 крон.

 

Ценник взяток (в чешских кронах)

Запись к гинекологу

500-3000 в год

 

Роды под надзором хорошего специалиста

5000-25000

 

Приём ребёнка в детсад

5000-20000

 

Приём ребёнка в спортивную команду

Десятки тысяч

 

Протекция при сдаче экзамена на аттестат зрелости

Тысячи – десятки тысяч

 

Приёмные экзамены в вуз

100000

 

Вузовский диплом

Сотни тысяч

 

Водительские права без экзамена

2000-35000

 

Выбор эксклюзивных номеров для машины

500-5000 (1000-10000)

 

Фальшивый техосмотр машины

1500

 

Снисходительность полиции во время дорожного контроля

500-10000

 

Ускорение записи в кадастр недвижимости

10000-15000

 

Ускорение выдачи разрешения на строительство

От 5000

 

Выделение муниципальной квартиры

Например, в Брно – 150000-200000

 

Приём вне очереди на операцию или радиотерапию

5000

 

В том числе – с направлением лечащего врача и специалиста

15000

 

Сложная операция (например, эндопротез); продвижение в очереди на трансплантацию

20000-50000

 

 

 

Теория управляемой коррупции, или Лелея „оптимальный уровень“

Существует мнение, что к коррупции можно относиться терпимо. Согласно одному из аргументов, в истории развития многих стран (Индонезии, Таиланда, Кореи) были периоды, когда экономика и коррупция росли одновременно. Считается также, что взяточничество — лишь реализация рыночных принципов в деятельности государственных и муниципальных структур. Иными словами, терпимое отношение к коррупции допустимо в условиях экономического бума либо пока она не затрагивает эффективность рынка в целом. Отдельные учёные головы даже подсчитали, что затраты на искоренение коррупции постепенно возрастают настолько, что для полной ликвидации зла необходимы бесконечно большие усилия. Сравнивая потери от коррупции и затраты на борьбу с ней, можно якобы найти оптимальный уровень, отражающий наименьшие суммарные потери. Кроме того, чрезмерное увлечение борьбой с коррупцией в ущерб устранению её причин способно лишить административную систему гибкости, а население — гражданских свобод.

С формальной точки зрения, не будет государства — не будет и коррупции. Анархисты этому тезису устроят овацию. Однако, с другой стороны, реальная способность людей на данном этапе развития человечества эффективно сотрудничать без государства подвергается очень сильным сомнениям. Тем не менее, в условиях, когда коррупция распространена практически везде, роспуск коррумпированных органов власти представляется одним из действенных радикальных способов от неё избавиться. Помимо этого, существуют ещё три возможных подхода к уменьшению коррупции: ужесточение законов и их исполнения (с повышением риска наказания); создание экономических механизмов, позволяющих должностным лицам увеличить доходы, не нарушая правила и законы; усиление роли рынков и конкуренции с уменьшением размера потенциальной прибыли от коррупции.

Нащупывая корни коррупции и сбиваясь с ног в поисках рецептов борьбы с этой моровой язвой современного общества, коррупциологи приходят к выводу, что нужно постепенно и неуклонно селекционировать высококлассных бюрократов. Да, повышение зарплаты в госсекторе, предоставление чиновникам первоклассного медобслуживания, беспроцентных кредитов для покупки недвижимости, большой пенсии – всё это не приводит к немедленному снижению коррупции. Однако способствует постепенному повышению уровня квалификации бюрократии и в долгосрочной перспективе имеет позитивный эффект. В странах с наиболее низким уровнем коррупции зарплата чиновников в 3-7 раз превышает заработки в производственном секторе.

Коррупционная ситуация в Чехии, впрочем, как было уже замечено выше, ещё не так горька, как может показаться на первый взгляд. Согласно исследованию SC&C, среди чехов по-прежнему преобладают люди, которые никогда никого не „подмазывали“. Если верить исследованиям, то склонность к коррумпированию проявляют лишь 36% чешского населения. Тем не менее, и эта цифра также достаточно велика и опасна.

 

Полную версию статьи читайте в журнале ЧЕХИЯ-панорама № 2(25)/2010

Поделитесь со своими близкими!

Подпишитесь на нашу еженедельную email рассылку!

PharmMark.Ru - Фармацевтические сайты, создание, продвижение, SEO