Господин фабрикант

Как бежит время! Не успела Чехия отметить в ноябре прошлого года 170 лет со дня рождения своего знаменитого инженера-машиностроителя Эмила Шкоды, славного предпринимателя и основателя всемирно известных заводов, а уж приходит пора вспомнить в августе года нынешнего о том, что прошло ровно 110 лет со дня его безвременной кончины. Об этом замечательном, неординарном человеке, обогнавшем то самое быстрое время, а также о его богатом наследии, оставившем след в веках, — наш сегодняшний рассказ.

Из бывших крепостных

Семейство Шкода — из числа чешских «селфмейдменов», которые пробивались на рубеже 18-19-го веков к новой жизни после отмены крепостного права в Австрийской империи. Ещё за полвека до рождения Эмила его предки исправно батрачили на местных помещиков в Западной Чехии. Но реформы императора Иосифа II, который покончил с крепостничеством в Богемии в 1781 году, открыли перед Шкодами дорогу к лучшей жизни. Которой они не преминули воспользоваться. Зависимым крестьянам, происходившим из деревни Доланы, в 1790 году удалось скопить деньги и выкупиться. Позже семейство обитало в посёлке Летков, а потом поселилось в Пльзени. Дед будущего промышленного магната, Ян Шкода был кузнецом с задатками недюжинного менеджера и бизнесмена; он создал большую по тем временам кузнечно-слесарную мастерскую, где на него работали 22 человека.

У Яна было двое сыновей, Йозеф и Франтишек, которым удалось за счёт сколоченного отцом капитала выучиться и пойти ещё дальше в общественном росте фамилии. Оба сына выбрали медицинскую стезю. Отец Эмила, богатый пльзеньский мещанин и доктор Франтишек Шкода был краевым врачом, руководителем земской службы здравоохранения и членом имперской палаты депутатов; государь Франц-Иосиф I наградил его дворянским титулом.

„Чумазый“ бизнес пльзеньского смельчака

Когда 18 ноября 1839 года Яна, вторая жена доктора Франтишека Шкоды, родила ему сына Эмила, счастливый отец ни на секунду не сомневался в том, что потомок пойдёт по его медицинским стопам. Семейство жило в полном достатке; Яна, дочь богатого пльзеньского мельника Ржиги, принесла мужу приданое в размере 100000 золотых монет, да и сам он к тому времени был человеком отнюдь не бедным. Но, как известно, счастье за деньги не купишь: в 1854 году Яна умерла при родах, а потрясённый безвременной утратой доктор Шкода переехал из Пльзени в Хеб. Здесь его старший сын Эмил окончил реальную школу. Когда батюшку назначили земским медицинским управляющим, семья переехала в Прагу.

«Франтишек Янович» без особого энтузиазма позволил сыну поступить в немецкую высшую техническую школу; профессия врача в семье Шкода, понятное дело, пользовалась большим почтением, чем „чумазое“ машиностроение. Но Эмил, очевидно, вдохновился ремеслом дедушки-кузнеца и ни о чём другом и слышать не хотел. После окончания четырёх семестров молодой технарь уехал для завершения высшего образования в Карлсруэ. В 1859 году Эмил вступил добровольцем в австрийскую армию, которая сражалась в Италии против Сардинии и Франции. С фронта он вернулся с хроническим заболеванием желудка, которое мучило его потом всю жизнь. После получения диплома инженера, поработав во Франции, Англии и США, он остался на практике в Германии, на машиностроительных заводах в Хемнице, а позже – в Бремене. В то время Пруссия было с точки зрения техники и экономики гораздо более прогрессивной, чем Австрийская империя. Шкода здесь наблюдал за бурным ростом машиностроения и промышленного предпринимательства.

В Бремене же его в 1866 году застигло и начало прусско-австрийской войны. Будучи гражданином вражеского государства, Эмил вынужден был в течение 48 часов покинуть территорию Германии. Он вернулся домой; на этом давно настаивал батюшка, который сыну заранее подыскал место главного инженера на недавно построенном машиностроительном заводе графа Арношта Вальдштейна-Вартенберка в Пльзени. Эмил Шкода поступил на графскую службу на очень выгодных условиях: 1500 золотых в год, доля от чистой прибыли, неограниченные полномочия в кадровых вопросах. 27-летний инженер стал фактически директором завода. Он был полностью поглощён его руководством, процессом организации новых видов производства и коммерческой деятельностью. Это, однако, не мешало ему заниматься любимым хобби – охотой в отцовских угодьях.

Фабрика — вскладчину

Но идиллия длилась недолго. Дело в том, что предприятием этим до прихода молодого Шкоды верховодила группа чиновников, не проявлявших особого восторга по поводу появления способного конкурента. Оно и понятно: некоторые из них ранее полагали, что граф, в целом к серьёзному промышленному предпринимательству равнодушный, со временем завод им продаст. Особенно активным среди прежних фабричных боссов был некто Франтишек Белани, который позже даже организовал собственный машиностроительный завод на берегу пльзеньской реки Радбузы.

Конфликты со «старой гвардией» привели Шкоду к мысли о том, что настало время сделать решительный шаг к самостоятельному бизнесу. Молодой специалист понял, что во второй половине 19-го века шанс на преуспевание есть только у современного предприятия, руководимого твёрдой рукой. Если пльзеньская машиностроительная фабрика хочет стать значительным игроком на рынке и выдержать конкурентную борьбу, то в предприятие нужно много инвестировать, вводить новые отрасли производства, а существующие — модернизировать. Вальдштейн не был готов к выполнению такой амбициозной программы. Тогда Эмил предложил графу продать ему фабрику, которая в то время не слишком-то процветала. Аристократ согласился, но тут неожиданно заартачился папенька: доктор Шкода отказался предоставить сыну часть материнского наследства для оплаты предприятия. Лишь после того, как в дело вмешался брат Франтишека, профессор медицины Йозеф Шкода из Вены, который передал в распоряжение племянника собственный капитал, пристыженный папаша также решил оказать отпрыску финансовую помощь.

Граф Вальдштейн 12 июня 1869 года продал Эмилу Шкоде фабрику за 167 642 золотых. Для покупки в итоге сложилась вся семья. И, как показало время, правильно сделала. Ведь, пожалуй, ни одна чешская марка впоследствии не достигла такой популярности в мире, как пльзеньская “Шкода”.

Полную версию статьи читайте в журнале ЧЕХИЯ – панорама №2(25)/2010