Монограмма ФФ

 В 2009 году исполняется 95 лет с тех пор, как в далеком боснийском Сараево анархист Гаврило Принцип убил наследника австро-венгерского престола, эрцгерцога Франца Фердинанда д’Эсте и его супругу, чешскую графиню Жофию Хоткову-Гогенберг, тем самым перечеркнув надежды континента на мирное решение межнациональных конфликтов, благополучие и процветание. Выстрелы югославского террориста, осиротившие троих детей в чешском замке Конопиште, фактически были первыми выстрелами первой мировой войны, унесшей потом жизни миллионов и похоронившей всю прежнюю историю Старого Света.

Сегодня мы расскажем вам об одном из красивейших замков Чехии и судьбе его последнего хозяина. И человек этот, мягко говоря, необычный и неоднозначный, и жилище его было ему под стать. Чехи говорят, что, если бы эрцгерцога почти сто лет назад не убили, то и карта Европы бы выглядела иначе, и самый любимый его замок играл бы на континенте более значительную роль. Однако история не знает сослагательных наклонений. Возможно, если бы она пошла в 1914 году по другому пути, все действительно могло быть иначе. Но она — не пошла. Она случилась такой, какой мы ее (весьма приблизительно) знаем по книгам и первоисточникам. Осмелюсь предположить, что атмосфера в Европе тех времен была  накалена до предела. Даже если бы в злополучный день 28 июня 1914 года 19-летний сербский гимназист-боевик Гаврило Принцип не имел при себе оружия и не получил приказ убить наследника престола, или же попросту побоялся стрелять, — повод для войны все равно бы нашелся. Что, разумеется, террориста нисколько не оправдывает. Но — обо всем по порядку.

Горячая итальянская кровь

146 лет назад в семье эрцгерцога Карла Людвига Габсбургского, брата австрийского императора Франца Йозефа, и супруги его Марии Аннунциаты, дочери сицилийского короля из рода Бурбонов, родился сын. Его назвали Францем Фердинандом. Полное же его имя звучало так — Франц Фердинанд Карл Людвиг Йозеф фон Габсбург эрцгерцог д’Эсте. Для краткости автор позволит себе впредь иногда именовать его инициалами — ФФ, без фамильярности и с уважением. Семья была, как вы сами понимаете, непростая; старший сын Франц Фердинанд сызмальства воспитывался с пониманием того непреложного факта, что, ежели завтра родина позовет, то нужно будет становиться у кормила власти и родиной руководить. Причем не как-нибудь, а с умом и эффективно.

Что бы потом ни говорили чешские националисты, как бы ни обвиняли Габсбургов в германизации, католизации и других смертных грехах, но в условиях неминуемой потери самостоятельности вариант нахождения Чешского королевства в составе Австрии (позже — Австро-Венгрии) был далеко не самым плохим. Австрийская императорская династия отличалась недурными организаторскими и иными талантами и в течение более, чем 600 лет (с небольшими перерывами) правила не только Австрией, но и Священной Римской империей, а потом и весьма разношерстной и многонациональной империей Австро-Венгерской. И жить в этом царстве-государстве было во многих случаях «вольготнее и веселее», чем где бы то ни было еще в Европе. Габсбургам до определенных степени и времени неплохо удавалось сочетать немецкое пристрастие к порядку с креативностью подданных славянских и воинственным упорством подданных венгерских. Так что перспективы у династии были, и совсем уж никудышными их назвать нельзя.

Папа ФФ, Карл Людвиг дальновидно решил впрыснуть в жилы чад не только мерное течение собственной холодной восточно-немецкой крови, но и бурно-южный поток крови итальянской. Что было весьма мудро, потому, что династии Центральной Европы, кажется, уже весьма серьезно исчерпали к тому времени генетический потенциал. В их потомстве все чаще стали встречаться случаи умственной отсталости или психических отклонений. «Австроитальянец» Франц Фердинанд явно представлял собой приятное исключение из  грустного правила.

При деньгах и с головой

Франца Фердинанда с детства воспитывали как одного из будущих главных представителей императорского двора. Он получил довольно основательное общее образование и проявил большой интерес к разным научным дисциплинам. Обладал глубокими знаниями в области истории, географии, естествознания, охотничьего дела, садоводства, а также политологии, юриспруденции, генеалогии, военного дела и мореходства. Немалый интерес проявлял к архитектуре, изобразительному искусству и охране исторических достопримечательностей.
В 1875 году 12-летний ФФ унаследовал огромное состояние и имя д’Эсте от Франца V Моденского. Это означало, что с этих пор мальчик был не только еще более знатен, но и богат, как Крез: многие поколения итальянских предков копили состояние, чтобы потом парадоксально передать его в руки принца Австро-Венгрии, которую Италия многие годы считала поработителем и оккупантом. Возможно, сама судьба вручала юному Габсбургу в руки редкий шанс помирить вечно рассоренную Европу. Или, по крайней мере, ему хотелось в это верить: надежды, как известно, являются лучшей пищей для юношей.

В возрасте 26 лет, в 1889 году (после  самоубийства кронпринца Рудольфа, единственного сына Франца-Йозефа) ФФ фактически стал готовиться к заступлению на императорскую должность. Он сопровождал государя в поездке в Берлин на празднества по случаю коронации императора Германии Вильгельма  II, а два года спустя  побывал с официальным визитом в России. После этого Франц Фердинанд пришел к выводу о необходимости союза Вены с Санкт-Петербургом.

Под впечатлением европейских поездок он решил познакомиться и с более отдаленными странами. Во время кругосветного путешествия (1892-93 годы) эрцгерцог внимательно приглядывался к образу жизни и государственному устройству посещаемых стран. Особенно большое впечатление на него произвела федеральная конституция США, в которой он видел определенную модель построения национальных отношений в Австро-Венгрии. Франц Фердинанд был современным энергичным человеком, который понимал необходимость реформ в монархии.

Но к политике его особенно не подпускали. Императорская семья прочила ему военную карьеру; именно этой цели было подчинено все его воспитание. ФФ не было и 15 лет, когда он стал лейтенантом венского пехотного полка. Его повышали в чинах по мере прохождения службы в Австрии, Венгрии и Чехии. Наконец он стал генеральным инспектором всей австро-венгерской армии, что было высшей оценкой его военных способностей.

Неудобный «цесаревич»

В 1897 году, после смерти отца, этот человек официально стал наследником австро-венгерского престола. Через два года государь назначил его своим замом по верховному командованию армией. Предвкушая, что в скором времени получит императорскую корону (кто в то время мог предположить, что 67-летний государь не только пробудет на троне еще почти 20 лет, но и переживет наследника?), ФФ открыл собственную военную канцелярию, которая должна была облегчить исполнение его эрцгерцогских обязанностей.

Здесь нужно сказать вот что. Не следует обольщаться, таким уж отъявленным вольнодумцем (каким его рисуют отдельные современные поклонники) наследник престола не стал даже после путешествий по западным странам. Франц Фердинанд, планировавший после вступления на трон царствовать под именем Франца II, был, например, ярым сторонником доминирующего положения католической церкви. В 1902 году эрцгерцог, как председатель пражской Академии наук, получив на утверждение список вновь избранных почетных ее членов, вычеркнул из него Льва Толстого.

Вместе с тем, он действительно отстаивал идеи более широкого либерализма по отношению к национальным областям империи. У него был план преобразования двуединой Австро-Венгерской монархии в триединую (путем предоставления определенной самостоятельности Чехии). Поэтому чехам он виделся рыцарем на белом коне, желающим освободить их от «многовекового рабства». Они надеялись, что новый монарх сделает то, что с 1848 года отказывался сделать его дядя-император, — возложить на себя святовацлавскую королевскую корону.

ФФ стремился превратить Австро-Венгрию в конституционную монархию федеративного типа, которая давала бы всем проживавшим в ней народам равные права. Однако устремления наследника престола наталкивались на сопротивление со стороны министров, настаивавших на традиционных принципах защиты политических интересов путем насилия. В 1908 году эрцгерцог решительно выступил против аннексии Боснии и Герцеговины, которая поставила под угрозу интересы империи. Но решение было принято вопреки его воле. Не увенчалась успехом и попытка эрцгерцога заключить военный союз с царской Россией.

Впрочем, в одном вопросе наследник австро-венгерского престола был действительно тверд и активен: он резко выступал против войны. Причем не только из принципиальных соображений и ввиду того, что был человеком, мыслящим творчески, но и потому, что его политические устремления были направлены на внутреннюю реформу империи, а любой крупный международный военный конфликт срывал их осуществление.
Недоброжелатели ФФ тут могут возразить: ведь общеизвестно, что в июне 1914 года в гости к эрцгерцогу в его замок-резиденцию Конопиште пожаловали император Второго рейха Вильгельм II, его канцлер Бетман-Гольвег и командующий немецким флотом адмирал Альфред Тирпиц. Многие историки расценивают этот исторический факт так: мол, ФФ при этом договорился с германским императором-милитаристом о союзничестве в грядущей войне с западными державами. Но прямых доказательств тому нет.

Неравный, морганатический

Нетривиальные взгляды ФФ на будущее империи проявились и при выборе подруги жизни. В 1892 году эрцгерцог познакомился с графиней Жофией Хотковой-Вогнин, которая была моложе его на пять лет. От будущего императора ожидали, что он женится на девушке из королевского рода — и тут он влюбляется «всего-навсего» в чешскую графиню, пусть и весьма знатную! Скандал, да и только!
К слову сказать, святым наследника австро-венгерского престола назвать нельзя. Долго и безуспешно пытаясь соединиться в браке с ненаглядной Жофией, он, оказывается, до самой свадьбы… имел любовницу. С придворной дамой Зосией Замойской (родом из малопольских дворян) он находился в интимной связи вплоть до 1900 года, но для Жофии (по крайней мере, официально) этот роман остался тайной.

Решение жениться на «худородной чешке» столкнулось с жестким сопротивлением императорского дома. Франц Фердинанд, однако, настоял на своем и, в конце концов, с Жофией 1 июля 1900 года в северочешском замке Закупы сочетался морганатическим браком. Старый император, покряхтев для порядка, пожаловал-таки новоиспеченной родственнице титул княгини Гогенберг. Но и княгиня для эрцгерцога не могла считаться ровней.

Франц Фердинанд прекрасно знал, что легализация его отношений с Жофией будет непростой. Он писал: «Когда человек нашего круга кого-то любит, всегда в родословной найдется какая-то мелочь, которая запрещает брак, и поэтому случается, что у нас муж и жена являются двадцать раз родственниками. В результате половина детей — дураки и идиоты».
Перед бракосочетанием, совершенным с согласия императора, Франц Фердинанд вынужден был подписать так называемую ренунциацию, то есть торжественно пообещать, что будущие его дети не будут обладать правом престолонаследия. При императорском дворе в Вене Жофию не особо признавали. Поэтому Франц Фердинанд с женой переехали в Конопиште, где он мог чувствовать себя настоящим государем, а к Жофии относились с должным уважением. ФФ решил превратить замок в спокойную, уютную, комфортабельную и достаточно парадную семейную резиденцию, до которой не доходили бы интриги габсбургских родственников и венских придворных.

Последнее слово техники и искусства

При Франце Фердинанде Конопиште стало самым значительным замком в Чехии. Еще бы — ведь это была летняя резиденция будущего императора и чешского короля! В 1895 году во дворце провели водопровод, канализацию и центральное отопление. ФФ решил построить здесь гидроэлектростанцию — и уже в 1899 году в замке вспыхнули первые лампочки. Еще одним последним словом техники был гидравлический лифт. Приватные апартаменты были на третьем этаже, Франц же Фердинанд ходить пешком не любил: из-за больных легких ему это запретили врачи.

Улучшение экстерьеров наследник трона поручил Йозефу Моцкеру, самому известному в то время специалисту по перестройке исторических резиденций. Нужно было очень деликатно воссоединить фасады в духе академического романтизма. Перестроечные наслоения «под старину» должны были скрыть стены изначального средневекового града, на который и ранее надевали разные архитектурные «одежды». До ФФ Конопиште перестраивали несколько раз. В XVI веке готический замок, который епископ Тобиаш из Бенешова 700 лет назад создал по канонам неприступных французских твердынь, подвергся реконструкции в стиле ренессанс. Потом, в веке XVIII-м дворцом занялась троица выдающихся мастеров эпохи барокко — архитектор Ф. М. Канька, художник Ф. Ю. Люкс и скульптор Л. Видманн.
ФФ полностью переделал Конопиште. Постройка приобрела вид романтической резиденции в образе раннеготического града французского типа с доминирующей главной цилиндрической башней. Старые конюшни в южном флигеле на нижнем дворе были превращены в игровой зал с развлекательным тиром, а в противоположном флигеле были созданы библиотека и курительный салон. В результате реконструкции с юга дворец стал похож на ренессансную аристократическую резиденцию, типичную для Северной Италии, а с остальных трех сторон сохранил вид, максимально воспроизводящий атмосферу средневековья.

Наследственное увлечение

Франц Фердинанд был страстным коллекционером. От итальянских предков он унаследовал например, большую коллекцию оружия. Благодаря слиянию арсеналов итальянского рода Обицци, д’Эсте и Габсбургов возникла прославленная экспозиция с огромной коллекцией оружия и доспехов 16-19-го веков: к 1914 году собрание насчитывало уже 4618 предметов.
Для выбора и покупки экспонатов эрцгерцог пользовался не только частыми поездками по Европе, но и услугами агентов по закупке ценных предметов в Австрии, Германии и Тироле. Некоторые вещи он получил в подарок. Таким образом возникли или были пополнены коллекции позднеготической скульптуры, картин, рисунков, гравюр, мебели, хрусталя, фарфора, керамики, бронзы, чеканной посуды, оловянных предметов, каменных надгробий и деревянных расписных погребальных щитов, орудий пыток, оборудования кузниц и много чего еще.

Второй коллекцией, которую ФФ целиком поместил непосредственно в Конопиште, были предметы с изображением святого Георгия. Ею он особенно гордился потому, что не получил ее по наследству, а создал по собственному умыслу и желанию.
Коллекция эрцгерцога (3750 предметов) включала в себя  скульптуры, картины, часы, оружие, мебель, книги, медали, монеты и самые разнообразные курьезные предметы. Художественная ценность экспонатов не играла особой роли; решающее значение имел сам святогеоргиевский сюжет. Существенную ценность представляло количество предметов: эрцгерцог соперничал с английским королем Эдуардом VII, который собирал аналогичную коллекцию.

Франца Фердинанда часто упрекают в нездоровой охотничьей страсти. Стены замка Конопиште украшены поразительным количеством трофеев и рогов. Подсчитав трофеи, можно прийти к выводу, что он должен был за годы, прожитые в Конопиште, в среднем убивать по 22 зверя в день! Впечатляет уже сам вход в замок. К представительским помещениям второго этажа ведет так называемый Трофейный коридор, украшенный добычей ФФ — рогами, редкими экземплярами чучел животных. Только в этом коридоре их выставлено более 800 штук! На гостей скалят зубы сибирские медведи и редкие хищники из семейства кошачьих, а к потолку возносится индийский журавль. ФФ не был охотником-извращенцем. Просто его с детства приучили к охоте, как к одной из форм светской жизни. Он был превосходным стрелком: каждое животное убивал с первого выстрела.

Жаркий сараевский полдень

Но пришел роковой день, когда счастливой жизни эрцгерцога в одночасье пришел конец. Охоту открыли на него. И убили — тоже одним выстрелом, как и он бил дичь в конопиштьских угодьях. Убийца его, Гаврило Принцип вошел в югославскую историю как героический «анархист-националист». Серб по национальности, он был членом организации «Млада Босна», боровшейся против австро-венгерской оккупации. Франц Фердинанд  — умеренный политик, сторонник автономии для боснийцев — сильно раздражал экстремистов. «Млада Босна» решила убить ФФ, воспользовавшись его визитом в Сараево.
Убийство было поручено группе из шести заговорщиков; трое из них (в том числе — Принцип) были больны туберкулезом. Интересно, что той же болезнью с 1895 года страдал и эрцгерцог. Но, благодаря усиленному лечению и отдыху в странах Европы и Северной Африки с благоприятным климатом, к 1898 году ему удалось вылечиться.

ФФ и Жофия прибыли в Сараево на поезде. Кортеж из шести машин (Франц Фердинанд с женой ехали во второй, вместе с генералом Оскаром Потиореком, который наследника в Боснию и пригласил), приветствуемый толпами народа, миновал центральное отделение полиции. Там их ждали заговорщики. Неделько Чабринович бросил гранату, но промахнулся. Вместо ФФ граната убила шофера третьей машины и ранила пассажиров,  полицейского и прохожих из толпы. Чабринович проглотил цианистый калий, но его лишь вырвало. Возможно, вместо цианида ему дали более слабый яд. Он попытался прыгнуть в реку, но был схвачен толпой, жестоко избит и передан в руки правосудия. Другие заговорщики не смогли ничего сделать: толпа народа наглухо заслонила машины.
Франц Фердинанд прочитал речь в городской ратуше. Барон Морсей предложил ему немедленно уехать. Но ФФ решил навестить в больнице раненых при покушении. Жофия настояла, что поедет с ним. На улице Франца Йозефа шофер вынужден был остановиться, а потом медленно развернуть автомобиль. Тут-то машину и заметил Гаврило Принцип, заскочивший в магазин деликатесов Морица Штиллера за бутербродом. Он подбежал к авто и дважды выстрелил из «браунинга-1910»: беременной Жофии — в живот, а Францу Фердинанду — в шею. Впоследствии он утверждал, что первой пулей собирался убить генерала Потиорека, а не женщину…

Как и Чабринович, Принцип попытался отравиться, но тщетно. Затем попробовал застрелиться, но набежавшие люди обезоружили его. Террориста избили, да так жестоко, что в тюрьме ему пришлось ампутировать руку.
Франц Фердинанд и его жена были перевезены в резиденцию губернатора, однако по пути умерли: сначала — Жофия, затем, через несколько минут, — эрцгерцог. По словам шофера, последними словами Франца были: «Соферль, не умирай, останься ради наших детей».
Убитых Франца Фердинанда и Жофию перевезли в Вену, где состоялась траурная церемония, а оттуда – в Артштетен, неподалеку от монастыря Мельк (Нижняя Австрия). Там их и похоронили.

Сербский след

Принципа не могли приговорить к смертной казни: по австро-венгерским законам 19-летний Гаврило был несовершеннолетним. Ему дали по максимуму — 20 лет тюрьмы. Содержали террориста в тяжелейших условиях, но он продержался в темнице почти четыре года и умер от туберкулеза 28 апреля 1918 года в чешском Терезиенштадте (ныне Терезин), полгода не дожив до падения ненавистной для него Австро-Венгрии и присоединения Боснии и Герцеговины к Сербии.
Все заговорщики были арестованы. Они отказались отвечать на вопросы следствия. Только один сломался и рассказал все, включая то, что оружие было представлено сербским правительством. Но это не спасло ему жизнь. «Расколовшийся» Данило Илич, а также Велько Кубрилович и Мишко Йованович были повешены 3 февраля 1915 года.

Австро-Венгрия немедленно после покушения на ФФ предъявила Сербии ультиматум. Белград согласился со всеми его условиями, кроме участия австрийских чиновников в расследовании инцидента на территории Сербии. Это немедленно показало бы всей Европе, что государственный аппарат страны опутала террористическая организация «Черная рука» во главе с полковником Драгутином Димитриевичем (Аписом), начальником сербской контрразведки.
Убийство наследника трона послужило милитаристскому крылу венского правительства предлогом, чтобы месяц спустя объявить войну Сербии. „Маленькая карательная экспедиция“ переросла в мировой военный конфликт, вследствие которого Австро-Венгрия исчезла с карты Европы и погибли миллионы людей.

Мир благополучия и процветания, на укрепление которого так надеялся эрцгерцог, рухнул. Первая мировая война, вспыхнувшая после гибели Франца Фердинанда, принесла Европе невиданные доселе страдания и потери. Только 40-миллионная Франция в первой мировой потеряла убитыми в бою и умершими от ран почти 1,3 миллиона, 8%  мужского населения.
В Германии послевоенные итоги 1918 года были также крайне плачевны. Почти все 16 миллионов немецких мальчиков, рожденных с 1870 по 1899 год, были мобилизованы; около 13% из них были убиты. Уже к концу 1916 года погибло свыше миллиона немецких солдат; успехи Германии на фронтах, которые привели к захвату Бельгии, северной Франции, русской Польши и поражению Сербии и Румынии, конечно, отчасти, оправдывали эти жертвы. Но только не в глазах вдов и сирот.

Закат империи

После покушения в Сараево жизнь в Конопиште замерла. Осиротевшие дети ФФ – 13-летняя София, 12-летний Максимилиан и 10-летний Эрнст – были отданы на попечение князя Ярослава Тун-Гогенштейна и его жены Йиндржишки, сестры убитой Жофии Хотковой. Во время войны они жили в Конопиште, а также в чешском замке Тршебонь, тоже принадлежавшем их покойному отцу. Когда Национальное собрание Чехословакии приняло в 1921 году закон о национализации имущества Габсбургов и Гогенбергов, детям пришлось переселиться в Австрию. В 30-е годы Максимилиан и Эрнст, как родственники австрийского императорского дома, были по приказу Гитлера посажены в концлагерь Дахау.

Замок Конопиште был объявлен имуществом Чехословацкой Республики. С тех пор его использовали, прежде всего, в музейных целях. Перерыв по понятным причинам был сделан на время гитлеровской оккупации Чехословакии, когда замок облюбовали высшие нацистские чины. Осенью 1941 года Конопиште было присоединено к большому полигону частей СС; во дворце разместился штаб частей СС. Большую часть коллекций ФФ нацисты развезли по разным местам в Чехии, Германии и Австрии. После окончания второй мировой войны начались поиски вывезенного оборудования. Уже к 1946 году удалось вернуть большую часть экспонатов коллекций.
Конопиште до сих пор сохранилось в том виде, какой приобрело при эрцгерцоге. Внутренняя обстановка также максимально соответствует временам, когда в замке жили-были Франц Фердинанд с семейством. Уникальность  замка, разумеется, увеличивают великолепные коллекции картин, мебели, стекла, фарфора,  охотничьих трофеев и оружия.

Правнучка Франца Фердинанда, принцесса София фон Гогенберг с 2000 года ведет тяжбу, намереваясь отcудить Конопиште. Чешская Фемида отклонила иск принцессы, постановив, что закон о реституции распространяется лишь на имущество, экспроприированное после установления коммунистического режима в 1948 году. Но дело правнучки — совершенно исключительное.  Настырная дама давит на то, что, поскольку ее предки к царствующей фамилии формально не принадлежали, у них не должны были отбирать имущество. Ведь международная мирная конференция одобрила санкции лишь в отношении Габсбургов. Делом, скорее всего, займется Конституционный суд Чехии или Международный суд в Страсбурге.

В памяти народной

В романе «Похождения бравого солдата Швейка» Ярослав Гашек помянул эрцгерцога, да так, что сказал — точно пригвоздил. Пани Мюллерова, служанка Йозефа Швейка, говорит: «Убили Фердинанда-то нашего, того, что жил в Конопиште, такого толстого, набожного…» Советское поколение, выросшее на гашековском Швейке, таким ФФ и запомнило.

Франц Фердинанд был, по всей вероятности, сложной и противоречивой личностью. Одни его хвалят, другие слова доброго о нем сказать не могут. После первой мировой войны в Чехословакии его, в основном, пытались показать с отрицательной стороны. О супруге Жофии современники писали, что она была крайне скупой. Но вряд ли это соответствовало действительности.
Однозначно лишь то, что это были незаурядные люди, жившие в незаурядно тяжелое время, стабильность которого оказалась столь же хрупкой, как и человеческое тело. Всего нескольких грамм свинца  — и казавшаяся незыблемо-благополучной жизнь разлетелась на куски. Остается лишь молиться, чтобы стабильность сегодняшней Европы была более надежной и жизнестойкой.

Поделитесь со своими близкими!

Подпишитесь на нашу еженедельную email рассылку!

PharmMark.Ru - Фармацевтические сайты, создание, продвижение, SEO