Миллионеры эпохи Ренессанса

 Прохаживаясь сегодня по крупнейшим чешским замкам, мы наверняка  восхищаемся не только их красотой, но и величиной расходов, которые должны были понести их хозяева в процессе строительства и отделки этих произведений архитектурного искусства.

 Восторг внушают нам Чешский Крумлов и Тршебонь, построенные Рожмберками, Йиндржихув Градец и Телч (творения господ из Градца), Литомышль и Пардубице головокружительно богатых дворян Пернштейнов или, скажем, Наход, принадлежавший сначала семейству Смиржицких, потом — Трчкам из Липы, а потом – итальянцам Пикколомини.

Мысль о том, каким же богатством владели хозяева всех этих бесценных творений зодчества и других искусств, если они могли себе позволить возводить, а потом и содержать в должном порядке подобные роскошные резиденции, наверняка посетит и вас, дорогой читатель. Давайте же посмотрим, какие именно старинные чешские роды имели возможность в те далекие годы похвастаться полными сундуками с семейной казной и жить на широкую ногу.

"Шацуньк" господина Вилема

Во главе списка чешских миллионеров образца середины 16-го века стоит Вилем из Рожмберка. Кто был этот человек? Предлагаю на мгновение перенестись в 1564 год. В пражском кафедральном соборе святого Вита в ту пору был как раз торжественно похоронен государь-император Фердинанд I; на цезарский, а также чешский королевский трон воссел его старший сын, 37-летний Максимилиан II.
Самым богатым человеком королевства Чешского в ту пору является 29-летний  верховный камергер Вилем из Рожмберка. С некоторым (хотя и весьма несущественным) преувеличением можно было тогда сказать, что всякий путешественник, едущий из Праги в Линц, по большей части передвигается по землям, принадлежавшим этому молодому человеку. Он сам в том приснопамятном 1564 году от Рождества Христова, заполняя так называемый "шацуньк", то есть, говоря современным языком, имущественную декларацию, так оценивает величину своих богатств: "четырежды сто тысяч и двадцать тысяч коп мейсенских; люди же из числа подданных моих и те, над которыми власть имею,.. владеют дважды по сто тысяч, да еще три тысячи сто пятьдесят коп мейсенских…" Для того, чтобы приблизительно представить себе эту сумму с точки зрения наших дней, следует сказать, что за эти деньги в ту пору можно было приобрести, например, 160 тысяч прекрасных пистолей; жалованье же одного наемного конного солдата составляло пять коп грошей.
В том же году умирает вторая супруга Вилема, София Бранденбургская, происходившая из знатного рода Гогенцоллернов, так и не успев родить чешскому магнату потомка.

Брачный договор

София Бранденбургская (1541-64) была второй женой Вилема из Рожмберка и внучкой польского короля Сигизмунда I. Она происходила из княжеского рода Гогенцоллернов, который позже выдвинул  из своих рядов прусских королей и немецких императоров. Брачный договор был подписан 7 июля 1561 года; Вилем в нем обязался уважать лютеранское вероисповедание Софии, а она отказалась от прав на управление Бранденбургом; она и ее потомки могли воцариться здесь лишь в случае, если бы вымер целый род Гогенцоллернов.
Рожмберкский властитель по-прежнему остается без законного наследника несметных богатств.

Орденоносец и кандидат в короли

Вилем из Рожмберка (1535–92) был выдаюшимся чешским политиком,  ярким представителем местных сословий. В религиозно чрезвычайно наэлектризованной чешской среде он принадлежал к числу главных вождей умеренных католиков. О значении этой фигуры не только для Чехии, но и для всей Центральной Европы свидетельствует два факта. Польские сословия в 1573 году предложили его кандидатуру на замещение вакантного места тамошнего короля. В 1585 году он получил императорский орден Золотого Руна.

По прозвищу "Великолепный"

На втором месте в списке наиболее финансово обеспеченных дворян тех времен — 34-летний Вратислав из Пернштейна, "муж высокий, худощавый и весьма рыжеволосый", как описывает его в своей хронике Микулаш Дачицкий из Геслова. Смолоду он известен как близкий приятель нынешнего императора Максимилиана II. Также стоит упомянуть и то, что его близость к власть имущим приносит Вратиславу славу самого первого чешского дворянина, награжденного престижным орденом Золотого Руна. Для своей прекрасной супруги-испанки Марии Манрике де Лара он строит замечательный замок в Литомышле; для себя же "богатенький Буратино" велит благоустроить дворец представительского класса на Йиржской улице, что на Пражском Граде. Намекая на увлечение предметами роскоши, ему придумывают прозвище – "Великолепный".

Дама со статуэткой

Мария Манрике де Лара и Мендоза (1538-1608), испанская дворянка, была придворной дамой Марии Испанской, жены императора Максимилиана II. Ее свадьба с Вратиславом Пернштейном произошла 14 сентября 1555 года в Вене. В браке родились 8 сыновей и 13 дочерей, многие из которых, увы, умерли еще в детстве. В середине 16-го мадам Пернштейн привезла в Чехию статуэтку, изображающую Иисуса Христа в детстве. Позже фигурка стала знаменитой под названием Пражскэ Йезулатко. Статуэтку получила ее дочь Поликсена, которая подарила ее потом пражским членам кармелитского монашеского ордена.

Вслед за Рожмберками и Пернштейнами, на удивление, "бронзовое" место на пьедестале богачей занимает род Трчка из Липы, еще недавно — обыкновенные богатые хуторяне, которые, однако, стремительно обошли по части имущественной мощи семьи Лобковиц, Шлейниц, Хаугвиц, и даже господ из Градца. Микулашу Трчке из Липы во всех его начинаниях сопутствует удача: королевский гетман скупает деревни в регионах Часлав и Хрудим; еще одну аппетитную порцию имущества он приобретает в Северной Чехии и в Моравии, где к его владениям присоединяются Забржег и Клаштерец. Но имидж рода изрядно испорчен поступком предка пана Микулаша и полного его тезки. Тот в свое время приказал жену свою… замуровать живьем в стену. Жестокость данного деяния даже в те суровые времена вызвала возмущение и отвращение в королевстве.

Замурованная пани Катержина

К 1497 году Микулаш Трчка, близкий друг короля Владислава Ягеллонского, владел поместьями Лихнице, Светла, Велиш, Йеников, Рихенбурк, Коунице, Хотеборж и Тргова Каменице, а также несколькими деревнями в Чаславском крае. На склоне лет он решил жениться на 17-летней красавице Катержине из Шелленберка. Поскольку старый Микулаш был богат, как Крез, отец невесты лишь ради приличия немного помедлил с ответом. Молодая госпожа замка Опочно, в котором находилась резиденция старого пана, имела всего вдоволь — кроме счастья и свободы. Ревнивый же Микулаш велел слугам извещать о малейшем поползновении женушки в сторону других мужчин. В конце концов, Катержина, напрочь лишенная внимания супруга, действительно полюбила молодого рыцаря Шановеца. Кто-то из слуг донес об этом. Шел 1507 год. Месть пана Микулаша была ужасна. Молодому рыцарю он приказал отрубить голову. Нянька Катержины, бывшая у любовников связной, была закопана живьем в землю (по другой версии – сожжена). Собственную жену Трчка приговорил к медленной смерти, замуровав в мощной стене замка.  Справедливости ради, следут отметить, что старый изверг Трчка ударился потом в благотворительную деятельность в пользу подданных.

Падение "господ под знаком Розы"

А теперь перенесемся на 39 лет далее. В разгаре — год 1603. Многое за это время в Чешском царстве-государстве изменилось. На троне разместился император Рудольф II, который еще 20 лет назад избрал Прагу в качестве своей официальной резиденции. Чудаковатый император все глубже погружается в трясину меланхолических настроений; все чаще предается он изучению любимых алхимии и астрологии. Что касается благосостояния, в данный исторический момент в Чехии лидируют Трчки из Липы. Кому в сей победный для данного рода миг может прийти в голову мысль о том, что фамилия начинала свой путь наверх из маленькой крепостушки неподалеку от города Градец Кралове? Десять лет назад семейству было присвоено дворянское звание; благодарить за данное повышение род может прежде всего свои отменно-солидные капиталы.
{mospagebreak}
Вторым по богатству кланом числятся уже Смиржицкие. И эти господа лишь совсем недавно получили дворянский титул. Основателем семейного благосостояния становится Зикмунд из Смиржице, член протестантского Сообщества братского, который целеустремленного занимается предпринимательством и особенно тщательно заботится о качественном ведении бухгалтерского учета и хозяйского контроля.
На третье место скатились прежние лидеры чешского миллионерского рейтинга — Рожмберки. Их южночешский "доминион" после смерти Вилема из Рожмберка в 1592 году попадает в руки его младшего брата Петра Вока, который семейную кассу не берег и не лелеял, но расточал богатства, собранные предшественниками, направо и налево. Из-за значительных долгов — 340 тысяч коп мейсенских — он два года назад продал главное родовое гнездо, замок Крумлов, переехав на постоянное местожительство в Тршебонь. Согласно записям автора рожмберкских хроник Вацлава Бржезана, "Его Милость наш господин Крумлову дал отпущение, сам же трапезу пасхальную (7 апреля) праздновал уже в Тршебони. В Крумлове… говорят, что будто бы он осиротил их. Без плача великого и причитаний верных подданных и людишек сирых и убогих, коих, словно отец, кормил он и поил, не мог он покинуть сие место…"

Филантроп из Рожмберка

Петр Вок (1539-1611), последний из рода „Розенбергов“, был человек, с молодости склонный к наукам, любознательный и изобретательный. Он создал одну из самых обширных библиотек Европы; его коллекция предметов искусства, приборов и образцов естествознания была сравнима с собраниями Рудольфа II на Пражском Граде. Дворянин был человеком мягким, откровенным, но принципиальным (что доказывает его отрицательное отношение к всесильным Габсбургам), честным и справедливым. В 1580 году он женился на молоденькой Катержине из Луданиц. Вскоре выяснилось, что супруга страдает от неизвестной душевной болезни. Петр Вок заботился о больной жене вплоть до ее смерти в 1601 году. Хотя у него были большие долги, но подданным он никогда не повышал прежние налоги и не вводил новые. Каждый день в 10 утра и в 6 вечера он созывал в тршебоньский замок бедняков из города и его окрестностей и подавал им еду и питье.

Богачи, погрязшие в долгах

Что же привело к падению некогда преуспевающего рожмберкского поместья? Тот же вопрос мы можем задать и многим другим чешским и моравским дворянским родам, например, Пернштейнам, господам из Градца, Швамберкам или Жеротинам. Причиной, прежде всего, было неверное представление о хозяйственных возможностях вновь основываемых предприятий — рыбных прудов, пивоваренных заводов, мельниц, кузнечных мастерских, торговых дворов или же стекольных фабрик. Сами хозяева о хозяйственных делах по большей части не заботились и перепоручали их управление приказчикам и экономическим чиновникам. Те, в свою очередь, как правило, переоценивали прибыльность основанных предприятий. Хорошие менеджеры были в большом дефиците.

Немалым бременем на семейно-дворянские кассы ложились и презентационные расходы, покупка предметов роскоши, „жизненно необходимой“ для дворянина эпохи Ренессанса. Среднестатистический вельможа не мог отказаться от приобретений вещей, созданных по последнему писку современной моды, покупки драгоценностей и картин. Одновременно он должен был непрерывно пускать пыль в глаза почтеннейшей публике, демонстрируя принадлежность к касте щедрых меценатов и покровителей искусств. А уж ежели дворянин решал заняться политикой, то это занятие могло стоить ему целого состояния. Тот же  Вилем из Рожмберка инвестировал немалые средства в операцию, целью которой являлось объявление чешского аристократа кандидатом на польский королевский трон. Своим польским сторонникам, Петру Зборовскому и Конраду Прецлавскому, Вилем за их поддержку заплатил 100 тысяч золотых. Еще три сундука, до краев наполненных деньгами, он послал прямехонько для подкупа членов польского сейма, как раз обсуждавшего вопрос об избрании нового монарха.

Если шляхтичам не хватало денег, полученных в результате собственного предпринимательства, то они брали финансовые средства в долг, под проценты у ростовщиков. Потом они часто попадали в ситуации, когда не имели возможности долг и стремительно вытекающие из него проценты вернуть; это вынуждало их получать новые займы, или же по дешевке распродавать  поместья.
Кто были кредиторы крупнейших чешских вельмож? Прежде всего — мещане богатых королевских городов, еврейские финансисты, которые, в отличие от христиан, имели право давать в долг под ростовщический процент, а также — чем дальше, тем все больше и чаще — худородное дворянство.

Скупой рыцарь из Маловиц

Одним из самых выдающихся ростовщиков рубежа 16-17-го веков был Богуслав Маловец из Маловиц. Изначально ему принадлежали лишь два южночешских поместья — Држитень и Влгавы. На обоих подворьях семья имела лишь одно обитаемое, чрезвычайно по-спартански обустроенное помещение. Все остальные крепостные площади служили в качестве складов и конюшен. Сам рыцарь Маловец жил чрезвычайно скромно; единственным предметом роскоши, который он мог себе позволить, была оловянная посуда. Однако в заветные сундуки он складывает, наряду с деньгами, векселя и квитанции, полученные от представителей двух наиболее знатных южночешских родов — Рожмберков и господ из Градца. Откуда Маловец берет оборотный капитал для ростовщичества? Средства он получает из небольшой прибыли, приносимой двумя поместьями, из доли наследства, доставшегося от покойного батюшки, из приданого супруги, а также из более мелких источников. Богуслав Маловец, тщательно обходя стороной политику, чрезвычайно обдуманно реализует свои сделки. Например, он регулярно дает деньги в долг Адаму II из Градца под разрешенную тогда 6-процентную ставку.

Ясновельможный сифилитик

Адам II из Градца (1549-96) был верховным пражским бургграфом и верховным канцлером Рудольфа II. Отец его еще маленьким мальчиком послал в Вену, где он стал товарищем в детских играх для принца Рудольфа, будущего императора. Чешский шляхтич сопровождал сановного сверстника в путешествиях по Европе. Во время военного похода против турок Адам заразился сифилисом. В 1585 году болезнь достигла столь сильной стадии, что у него были парализованы ноги. Вместе с супругой своей он основал в Йиндржихуве Градце в 1592 году иезуитский коллегиум.

Менее, чем за 10 лет ему удается дать в долг ясновельможному господину из Градца примерно 10500 коп грошей. На возврате долга он не настаивает, напротив, терпеливо выжидая и мысленно подсчитывая прибыли от процентов. В 1589-1601 годах он уже ссужает в долг самим Рожмберкам почти 127000 коп грошей; господам же из Градца, чей коготок уже изрядно увяз в маловецких тенетах, рыцарь дает в долг следующие 21500 коп. При этом следует учесть, что 1500 коп в то время стоил роскошный дом в центре большого города, а за 5000 коп было можно обзавестись поместьем с несколькими деревнями впридачу. Деньги, возвращенные в виде процентов, предприимчивый ростовщик Маловец инвестирует во все новые займы.
{mospagebreak}
Когда сын Адама II, Яхим Олдржих из Градца был вынужден продать свою резиденцию в поселке Глубока-над-Влтавой, покупателем становится именно богатый ростовщик Богуслав Маловец. Ведь этому ловкому толстосуму градецкий пан должен более 38000 коп полновесных чешских грошей! Хроникер сообщает: "В четверг после дня святого Микулаша лета 1598 от Рождества Христова заключен был дружеский договор между продающим, благородно урожденным господином Иоахимом Волдржихом из Градца, Его Милостью советником императорским и гетманом края Бехиньского, с одной стороны, и покупающим, урожденным и храбрым рыцарем, паном Богуславом Маловецем из Маловице, на Држитени и Выглавах, с другой стороны…"

„Полконя“ под проценты, или Долг платежом красен

Маловецы из Маловиц были одним из древнейших чешских мелкопоместных родов. Согласно легенде, при осаде Милана в 1158 году императорским войском, в рядах которого воевал и чешский военный отряд князя Владислава II, некто Йешек, предок рода Маловецов, проник в город и добыл многочисленные трофеи. При возвращении буквально за его спиной рухнула поднятая решетка городских ворот, разрубившая на две части верного коня. В императорский лагерь Йешек вернулся пешком, таща на плечах богатую добычу. Вот почему Маловецы на гербе изображали половину золотого коня на синем поле. У Богуслава Маловеца (1557–1612) было двое братьев. Все они славились вспыльчивостью и драчливостью. Вацлав, к примеру, в 1567 году во время ссоры угрожал младшему брату ножом. Богуслав же довольно часто бывал весьма неразборчив при "выбивании долгов". Например, некую Анежку из Заградки он хотел принудить к возврату долга, пытаясь добиться у судьи выдачи ордера на ее арест.

Восхождение звезды Смиржицких

Переместимся во времени еще ближе к нам, в год 1615. Три года назад умер император Рудольф II; новым государем стал его младший брат Матиаш. В Праге генеральный сейм принял закон об охране чешского языка; продолжает нарастать напряженность между евангелистами и католиками. От сословного восстания Чехию, да и всю Европу отделяют всего три года.
В те времена рейтинг самых богатых родов уже суверенно возглавляют господа Смиржицкие. Уже с 1606 года они перестраивают роскошные замки в Йичине и Находе. Их обширными и приносящими прекрасный доход поместьями в те годы умело управляет выдающийся хозяйственник — Тобиаш Штефек из Колодей.

Талантливый менеджер на плахе

Тобиаш Штефек из Колодей, дворянин из мещан, родился в Находе, в доме на том самом месте, где сегодня стоит дворец городского сбербанка. В молодости воспитывал дворянских детей, потом был панским чиновником и регентом всех поместий Смиржицких. 12 февраля 1593 года получил герб и фамилию "из Колодей". В 1612 году он был избран дефензором пражских консистории и университета. Во время сословного восстания 1618-20 годов — директор городского сословия. Голосовал за отказ королю Фердинанду II в праве на чешский престол и за избрание королем Чехии Фридриха Пфальцского. Когда протестантско-сословный проект провалился, Тобиаш Штефек был арестован;  в марте 1621 года императорская уголовная комиссия приговорила его к смерти, лишению дворянских привилегий и имущества. 26 мая того же года он был обезглавлен первым из 27 казненных мятежников. Палачу пришлось рубить дважды…
Глава дворянского рода, Альбрехт Ян Смиржицкий, в то время путешествует по Западной Европе, а домой планирует вернуться лишь в следующем году.

На втором месте по размеру капитала — семья Трчка из Липы. Кому в ту пору пришло бы в голову вспоминать о том, что путь наверх этих двух наиболее богатых на тот момент чешских родов начинался в пору гуситских войн, а их предки еще 200 лет назад были малоимущими мелкопоместными дворянами? На третьем месте среди магнатов тех времен, благодаря наследству, полученному от Рожмберков, разместились Швамберки. Дело в том, что последний Рожмберк, Петр Вок, перед своей смертью в 1611 году завещал свой доминион, и без Крумлова бывший весьма обширным, Яну Йиржи из Швамберка.

Вне игры к тому времени очутились не только вышеупомянутые Рожмберки, но и господа из Градца. Последний из них, горбатый эпилептик Яхим Олдржих, сын сифилитика Адама, умер в 1604 году, будучи всего 25 лет от роду. С ним уходит в прошлое слава некогда сказочно богатого и влиятельного рода. Представители фамилии вынуждены были в последние годы из-за проблемы нарастающих долгов расставаться с имуществом. Так, прекрасные замки Йиндржихув Градец и Телч стали собственностью Вилема Славаты из Хлума, который доводился мужем Люции Офелии, сестре несчастного Яхима Олдржиха.

Жертва дефенестрации

Вилем Славата из Хлума и Кошумберка (1572-1652) в  1597 году покинул протестантское Сообщество братское, став представителем агрессивного крыла католической партии. Был имперским камергером, придворным гоф-маршалом, бургграфом карлштейнским, судьей разных рангов. Поддерживал избрание Фердинанда II королем чешским; в 1617-19 годах — королевский местоблюститель в Чехии. 23 мая 1618 года стал жертвой пражской дефенестрации: протестанты выбросили его и еще двух товарищей по несчастью из окна Пражского Града. Имея порядочный зуб на своих обидчиков, призывал Фердинанда II к  беспощадной расправе над чешскими сословиями, но позже был противником онемечивания страны и усиления иноземного дворянства. В 1629 году получил все привилегии рожмберкского и градецкого родов (первое место на сейме после князей), а в 1643-м на его груди засиял орден Золотого Руна.

Добыча для Вальдштейна

Неожиданное поражение чешских евангелистских сословий в битве на Белой Горе в 1620 году снова перемешивает список самых богатых чешских родов. Глава семейства Смиржицких, высокообразованный Альбрехт Ян, один из предводителей мятежных сословий, еще в 1618 году, благодаря богатству и обручению с дочерью немецкого герцога Филиппа Людвига из Ганнау, является серьезным кандидатом на чешский трон. В одном из антисословных памфлетов того времени можно прочесть следующее: "… А ежели бы авторы сих деяний могли учинить воззвание, то немедленно бы признались… в том, что Смиржицкий во время оного бунта дал взаймы 50000 коп или талеров для того, чтобы ландскнехтов нанять. Последний предвкушал также, что королем в Чехии станет, поскольку будет курфюрста пфальцского свояком…"
{mospagebreak}
Но, спустя всего несколько месяцев, полных великих амбиций и надежд, всего лишь 23-летний Альбрехт Ян умирает так же, как и его отец Зикмунд, и старший брат Ярослав. Причиной является родовое проклятие — туберкулез.

Без пяти минут король

Авторитет юного Альбрехта Яна Смиржицкого (1594-1618) был настолько высок, что его всерьез считали возможным кандидатом на чешскую королевскую корону. Неевсета одного из главных богачей Чехии, Амалия Альжбета, была дочерью графа Филиппа Людвига II Ганнау-Мюнцберга и его жены Катержины Бельгийской Оранской, дочери Вильгельма I Оранского, заклятого врага Габсбургов. Запланировав свадьбу, Альбрехт Ян укрепил контакты с немецким протестантским дворянством и стал одним из вождей чешского сословного восстания. В его пражском дворце на Малой Стране 22 мая 1618 года был составлен план пражской дефенестрации. Альбрехт Ян был ее активным участником. Вскоре было сформировано временное правительство 30 директоров, одним из которых тоже стал юный Смиржицкий. В сословном войске Альбрехт Ян финансировал собственный полк (примерно 1000 пехотинцев). Но ни короны, ни свадьбы он так и не дождался, скончавшись 18 ноября 1618 года  от „наследственной“ чахотки.

После битвы на Белой Горе огромное имущество Смиржицких переходит в руки их родственника — Альбрехта из Вальдштейна. Последний представитель еще недавно наибогатейшего рода Чехии, слабоумный Йиндржих Йиржи Смиржицкий, в нищете и убожестве умирает в 1630 году в казематах крепости Груба Скала, будучи к тому времени пленником "милого родственничка" Вальдштейна.

Замки меняют хозяев

И дни Трчек из Липы тоже были сочтены. Вовремя перебежав на сторону католиков, они в награду за поддержку императора получают, в качестве конфиската после разграбления доминиона Смиржицких, замок в Находе. Однако, на свою беду, молодой Адам Эрдман Трчка является близким другом и свояком Альбрехта из Вальдштейна. За что ему и суждено поплатиться. Вместе с последним, а также с другими самыми близкими к Вальдштейну лицами (Илловым, Нойманом и Вацлавом Кинским) он в феврале 1634 года будет убит в Хебе, по приказу императора Фердинанда II.

Страсти по Адаму

Отец Адама Эрдмана Трчки из Липы, богач Ян Рудольф "находчивостью и остроумием не блистал и общественно-политических амбиций не имел". Действительной главой семьи была его жена Мария Магдалена, урожденная Лобковиц, дама энергичная, честолюбивая и предприимчивая. Когда протестанты Трчки после Белой Горы оказались под угрозой, ловкая Мария Магдалена, кредитовавшая императора и пользовавшаяся протекцией канцлера Лобковица, добилась, чтобы из проскрипционного списка их вычеркнули. Больше того, семья благодаря покупкам конфиската еще более обогатилась и приобрела графское звание. Трчки умудрялись поддерживать добрые отношения как с императором, так и с протестантами-эмигрантами. Именно Адам Эрдман инициировал  тайные переговоры между герцогом Вальдштейном и шведами. Двойная игра не довела семьи до добра.

Имущество Трчек конфисковали и передали иностранным дворянам. Например, Наход в качестве награды получает бывший командир отряда телохранителей генералиссимуса Вальдштейна, генерал Октавио Пикколомини, который своего шефа императору выдал.
Последний представитель рода Трчка из Липы мужского пола, престарелый отец Адама Эрдмана, Ян Рудольф, умирает вскоре после убийства своего сына.

Наследника рожмберкского доминиона, Яна Йиржи из Швамберка, смерть настигает уже в 1617 году. Его сын Петр во время сословного восстания становится членом мятежного директората, то есть правительства повстанцев, но уже весной 1620 года он умирает. Его поместья — Новые Грады, Рожмберк и Либейовице — становятся императорским конфискатом. Фердинанд II отдает их командиру своей армии, фельдмаршалу Карлу Бонавентуре Букви.

А что же некогда сказочно богатые Пернштейны? Последним потомком рода мужского пола был офицер императорской армии Вратислав из Пернштейна. В 1629 году император Фердинанд II жалует ему литомышльское поместье в наследственное пользование. Годом позже Вратислав покупает дворец в Праге, на Малой Стране. Но в 1631 году он погибает где-то в Северной Германии, в бою со шведами. Все имущество наследует его младшая сестра, 35-летняя Фребония из Пернштейна. Несмотря на свое богатство, она никогда не выйдет замуж; эта женщина истово посвящает себя духовной деятельности и приводит в Чехию католический монашеский орден пиаристов. После ее смерти в 1645 году пернштейнское имущество попадает в руки ее двоюродного брата, Вацлава Эусебиуса Попела из Лобковиц.
Историки до сих пор считают весьма удивительным тот факт, что наиболее богатые чешские роды в начале 17-го века, один за другим, буквально за каких-нибудь 30 лет исчезли с исторической сцены. Причем не имеет значения, имелись ли в виду действительно старинные семьи, подобные Рожмберкам, господам из Градца, Швамберкам или Пернштейнам, или же выскочки-нувориши из числа худородных дворян, вроде Смиржицких или Трчек из Липы. При этом крах семей был сопряжен не только с ураганным экономическим банкротством, но и с  прекращением рода по мужской линии. Было ли это лишь игрой случая, или кто-то могущественный, по законам конспирологических теорий, создал для того предпосылки, расчистив путь новым родам? Нам остается лишь гадать.

Система „град“, или Кто нажился на гуситской революции?

Сословное восстание и начало Тридцатилетней войны — вовсе не  единственный период чешской истории, когда проход крупномасштабный передел имущества. Во многом то же происходило и во время гуситских войн. Кстати, именно в их горниле зародилась будущая слава упомянутых в тексте родов Смиржицких и Трчек из Липы. Наиболее приемлемым стандартом для определения величины имущества в первой половине 15-го века было количество "градов" (крепостей), имевшихся в распоряжении того или иного рода. С этой точки зрения в 1418 году наиболее богатым вельможей был Олдржих из Рожмберка (18 градов). Достаточно сказать, что вся католическая церковь держала в своих цепких руках лишь 15 крепостей. Вслед за Рожмберком идет верховный бургграф и сторонник Яна Гуса, Ченек из Вартенберка (4 крепости). Впрочем, таким же количеством градов в ту пору могли похвастаться и Зикмунд Дечинский из Вартенберка, и Алеш Шкопек из Дубе. Имуществом в размере 3 градов располагали королевский монетных дел мастер Петр Змрзлик из Свойшина, Ян старший из Михаловиц, Ян из Хотемиц или же Микулаш Худой из Лобковиц. В 1438 году среди крупных „градодержателей“ — уже совершенно новые имена. Среди них — и некоторые бывшие гуситские гетманы. Больше всего крепостей (14) по-прежнему у Олдржиха из Рожмберка. Следом идут Гануш из Коловрат (6) и Йиндржих Круглата из Михаловиц (5). Такое же количество объектов крупной средневековой недвижимости "благоприобрели" известные гуситы без страха и упрека, Гинек Птачек из Пиркштейна и Якоубек из Вржесовиц. Еще два бывших гуситских вождя, Микулаш Трчка из Липы и Гинек Крушина из Лихтенбурка, располагают  4 градами каждый. А вот основатель будущего знаменитого и богатого рода, Ян из Смиржиц пока имеет в собственном владении лишь 3 крепости. К церковному же имуществу к тому времени относился лишь град Страконице с орденской командой рыцарей-иоганнитов. За счет матушки-церкви обогатились и "рядовые" католики, и вовсе не рядовые гуситы-"чашники".

 

29.01.2009
журнал «ЧЕХИЯ – панорама» №18(1)/2009
Александр Гайдамацкий

Поделитесь со своими близкими!

Подпишитесь на нашу еженедельную email рассылку!

PharmMark.Ru - Фармацевтические сайты, создание, продвижение, SEO